Роберт Бернс (Robert Burns)

The Lass That Made the Bed to Me

WHEN Januar’ wind was blawing cauld,
  As to the north I took my way,
The mirksome night did me enfauld,
  I knew na where to lodge till day.

By my good luck a maid I met,
  Just in the middle o’ my care;
And kindly she did me invite
  To walk into a chamber fair.

I bow’d fu’ low unto this maid,
  And thank’d her for her courtesie;
I bow’d fu’ low unto this maid,
  And bade her mak a bed to me.

She made the bed baith large and wide,
  Wi’ twa white hands she spread it down;
She put the cup to her rosy lips,
  And drank, ‘Young man, now sleep ye soun.’

She snatch’d the candle in her hand,
  And frae my chamber went wi’ speed;
But I call’d her quickly back again
  To lay some mair below my head.

A cod she laid below my head,
  And served me wi’ due respect;
And to salute her wi’ a kiss,
  I put my arms about her neck.

‘Haud aff your hands, young man,’ she says,
  ‘And dinna sae uncivil be:
If ye hae ony love for me,
  O wrang na my virginitie!’

Her hair was like the links o’ gowd,
  Her teeth were like the ivorie;
Her cheeks like lilies dipt in wine,
  The lass that made the bed to me.

Her bosom was the driven snaw,
  Twa drifted heaps sae fair to see;
Her limbs the polish’d marble stane,
  The lass that made the bed to me.

I kiss’d her owre and owre again,
  And aye she wist na what to say;
I laid her between me and the wa’,-
  The lassie thought na lang till day.

Upon the morrow when we rose,
  I thank’d her for her courtesie;
But aye she blush’d, and aye she sigh’d
  And said ‘Alas! ye’ve ruin’d me.’

I clasp’d her waist, and kiss’d her syne,
  While the tear stood twinkling in her ee,
I said ‘My lassie, dinna cry,
  For ye aye shall make the bed to me.’

She took her mither’s Holland sheets,
  And made them a’ in sarks to me:
Blythe and merry may she be,
  The lass that made the bed to me.

The bonnie lass made the bed to me,
  The braw lass made the bed to me:
I’ll ne’er forget till the day I die,
  The lass that made the bed to me!

Та, что постлала мне постель

Январь в пути меня застал.
        Мороз такой – терпеть невмочь.
Я еле шёл и я не знал, 
        Где проведу я эту ночь.

По счастью, с девушкой одной
        В пути мне встретиться пришлось,
Что пригласила в дом к себе
        Меня, продрогшего насквозь.

Я поклонился ей за всё, –
        За мир, покой и благодать,
Я поклонился ей за всё
        И попросил постель постлать.

Она постлала мне постель
        И, напоив меня вином,
– Спокойной ночи, сударь мой, –
        Мне пожелала перед сном.

Тогда я девушку спросил,
        Спросил её в тот поздний час:
– Ещё подушка для меня
        Здесь не найдётся ли у вас?

Она ушла; вернулась вновь;
        Легла подушка на кровать.
Привлёк я девушку к себе
        И захотел поцеловать.

– Оставьте! – молвила она, –
        От страха я едва дышу,
И если любите меня,
        Оставьте девушкой, прошу!

О, злато вьющихся волос!
        О, щёки – лилии в вине!
О, как была она свежа,
        Та, что постель постлала мне!

О, грудь бела, – что два холма
        Зимой в заснеженной стране!
О, как была она нежна,
        Та, что постель постлала мне!

И целовал я вновь и вновь
        Её той ночью в январе.
Со мной в ту ночь спала она,
        Со мной проснулась на заре.

А утром – тот же блеск волос,
        И грудь её, и нежный взор…
Но, вспыхнув, молвила она:
        – Ах, сударь мой, какой позор!

А я сказал ей: – Не горюй,
        Оставь тревоги в стороне.
Теперь, любимая, всегда
    Стелить постель ты будешь мне.

Она достала полотно,
        И я услышал в тишине,
Как стала мне рубашку шить
        Та, что постель постлала мне.

Она постлала мне постель,
        Она постлала мне постель, –
Мне не забыть, пока я жив,
        Ту, что постлала мне постель!

© Перевод Евг. Фельдмана
28.02.-1.03.2003
9.03.2003 (ред.)
Все переводы Евгения Фельдмана


Ночлег в пути

Меня в горах застигла тьма,
Январский ветер, колкий снег.
Закрылись наглухо дома,
И я не мог найти ночлег.

По счастью, девушка одна
Со мною встретилась в пути,
И предложила мне она
В ее укромный дом войти.

Я низко поклонился ей —
Той, что спасла меня в метель,
Учтиво поклонился ей
И попросил постлать постель.

Она тончайшим полотном
Застлала скромную кровать
И, угостив меня вином,
Мне пожелала сладко спать.

Расстаться с ней мне было жаль,
И, чтобы ей не дать уйти,
Спросил я девушку: — Нельзя ль
Еще подушку принести?

Она подушку принесла
Под изголовие мое.
И так мила она была,
Что крепко обнял я ее.

В ее щеках зарделась кровь,
Два ярких вспыхнули огня.
— Коль есть у вас ко мне любовь,
Оставьте девушкой меня!

Был мягок шелк ее волос
И завивался, точно хмель.
Она была душистей роз,
Та, что постлала мне постель.

А грудь ее была кругла, —
Казалось, ранняя зима
Своим дыханьем намела
Два этих маленьких холма.

Я целовал ее в уста —
Ту, что постлала мне постель,
И вся она была чиста,
Как эта горная метель.

Она не спорила со мной,
Не открывала милых глаз.
И между мною и стеной
Она уснула в поздний час.

Проснувшись в первом свете дня,
В подругу я влюбился вновь.
— Ах, погубили вы меня! —
Сказала мне моя любовь.

Целуя веки влажных глаз
И локон, вьющийся, как хмель,
Сказал я: — Много, много раз
Ты будешь мне стелить постель!

Потом иглу взяла она
И села шить рубашку мне,
Январским утром у окна
Она рубашку шила мне…

Мелькают дни, идут года,
Цветы цветут, метет метель,
Но не забуду никогда
Той, что постлала мне постель!

Перевод С.Я. Маршака
Все переводы Самуила Маршака