Эдгар Ли Мастерс (Edgar Lee Masters)

Эльза Вертман

Была я из Германии крестьянкой
Голубоглазой, сильной, молодой,
Румяной и веселой. Сразу место
Я получила у Томаса Грина.
Раз в летний день жена была в отъезде,
И он прокрался в кухню и схватил
Меня в объятья, горло мне целуя.
Я отстранилась. Но потом уже,
Что делаем, мы не соображали.
И думая, что станется со мною,
Я плакала и плакала, пока
Не стал секрет мой выходить наружу.
Но как-то миссис Грин сказала мне,
Что понимает всё и что не станет
Устраивать скандала, что она,
Бездетной будучи, усыновит дитя
(Муж ферму отдал ей и рот заткнул),
И, затворившись в доме, слух пустила,
Что это у нее должно случиться.
Всё обошлось, ребенок родился.
Ко мне они так милостивы были.
Потом за Гуса Вертмана я вышла.
Года промчались. Но когда со мною
На политических собраньях люди
Сидели, им казалось, что я плачу
От красноречья Гамильтона Грина.
Не в этом было дело.
Мне хотелось,
Сказать, что он мой сын, что он мой сын!

Перевод Ивана Елагина

Elsa Wertman

I was a peasant girl from Germany,
Blue-eyed, rosy, happy and strong.
And the first place I worked was at Thomas Greene’s.
On a summer’s day when she was away
He stole into the kitchen and took me
Right in his arms and kissed me on my throat,
I turning my head. Then neither of us
Seemed to know what happened.
And I cried for what would become of me.
And cried and cried as my secret began to show.
One day Mrs. Greene said she understood,
And would make no trouble for me,
And, being childless, would adopt it.
(He had given her a farm to be still. )
So she hid in the house and sent out rumors,
As if it were going to happen to her.
And all went well and the child was born -- They were so kind to me.
Later I married Gus Wertman, and years passed.
But -- at political rallies when sitters-by thought I was crying
At the eloquence of Hamilton Greene --
That was not it.
No! I wanted to say:
That’s my son!
That’s my son!